02сен

В июле 2021 г. Президент России Владимир Путин утвердил новую Стратегию национальной безопасности Российской Федерации (Указ Президента Российской Федерации от 02.07.2021 г. № 400), одной из целей которой в области экологической безопасности и рационального природопользования является «формирование системы государственного регулирования выбросов парниковых газов, обеспечение реализации проектов по сокращению выбросов парниковых газов и увеличению их поглощения».

В результате, в том числе, сельскохозяйственной деятельности в нашу атмосферу попадает значительный объем парниковых газов, вследствие чего мы наблюдаем изменения климата и глобальное потепление. По мере повышения спроса на продовольствие и, как следствие, дальнейшей интенсификации деятельности в области сельского хозяйства, тенденция на антропогенное истощение и загрязнение почв и увеличение выбросов в атмосферу будет только расти.

Основная цель проекта «Агрофинмост» — интенсификация производства и экспорта российской продукции АПК, и содействие росту продовольственной безопасности стран Ближнего Востока. Сегодня все большее количество стран говорят о необходимости введения, так называемого, углеродного налога на импортируемы товары. И если Россия оперативно включится в эту мировую битву за климат, мы не только сможем улучшить качество почв и ведение сельского хозяйства, но также хорошо зарабатывать на мировых рынках углеродных квот и укреплять конкурентоспособность нашего экспорта. 

Команда проекта «Агрофинмост» совместно с исследователями Института права и развития ВШЭ-Сколково, Международного центра конкурентного права и политики стран БРИКС, и Центра технологического трансфера НИУ ВШЭ подготовили доклад «Битва за климат: карбоновое земледелие как ставка России», презентация которого состоялась 26 мая с.г. в пресс-центре ТАСС

Вопросы глобального потепления и изменения климата поднимаются уже не один десяток лет. Попытки прийти к какому-либо консенсусу, направленные на сдерживание климатических изменений и на снижение выделения парниковых газов в атмосферу, были еще в 1997 году на конференции ООН по изменению климата в Киото и в 2015 г. на конференции по климату в Париже.

Традиционно движущей силой, если так можно выразиться, в вопросах глобального потепления выступает США. Заявления о создании крупного карбонового рынка делает новый американский президент Джо Байден. Предпосылками таких заявлений стало существенное истощение почв. Требуются огромные финансовые вложения на их восстановление, и дабы избежать дополнительных расходов из государственного бюджета, руководство страны принимает системное решение: платить за углеродные выбросы должны те предприятия, которые их осуществляют. Программа нового президента США предусматривает введение углеродного сбора в отношении стран — импортеров, которые не исполняют свои обязательства по климату и охране окружающей среды. Таким образом, речь уже идет не только и не столько о сохранении экологии, а, скорее о карбоновом империализме.

Иным путём пошла Европа. В декабре 2019 года Европейский Союз принимает стратегию «Европейский зеленый курс» (European Green Deal), направленную на достижение нулевых выбросов парниковых газов к 2050 году, в том числе путем введения пограничного углеродного налога на товары, импортируемые в ЕС. В начале 2021 года Европейская Комиссия опубликовала, своего рода, инструкцию по внедрению на государственном уровне механизмов карбонового земледелия в странах ЕС. В этом объемном документе также большой акцент ставится на быстрой и безболезненной адаптации самих фермеров под новые условия.

С февраля 2021 года свою национальную систему торговли квотами на выбросы углекислого газа вводит Китай. Хотя ещё в 2010 году страна, являющаяся крупнейшим в мире источником выбросов парниковых газов, громко заявляла, что для них данный вопрос не является приоритетным.

С одной стороны, человечество, действительно столкнулось с серьёзной проблемой изменения климата на планете. Индустриализация привела к тому, что выбросы парниковых газов в атмосферу значительно увеличились. С другой стороны, речь идет об огромной торговой войне путем возведения новых торговых барьеров, и карбоновом протекционизме. И весьма вероятно, что в перспективе сельскохозяйственная продукция так или иначе подпадет под корректирующие механизмы ЕС, США, Китая и многих других стран, заявляющих о планах введения углеродной нейтральности. Таким образом, если Россия не пересмотрит свою углеродную стратегию, это будет негативно сказываться на российском экспорте, в том числе продукции АПК.

Кто-то может справедливо заметить, что, например, то же зерно мы, в основном, продаем в Египет, Турцию и Саудовскую Аравию, которые сегодня не особо обеспокоены вопросами углеродного нейтралитета. Однако, все эти страны, как и Россия, являются частью системы мировой торговли. И если завтра в тех же Европе или Америке, куда Египет планирует осуществлять поставки газа и нефти, введут углеродный налог, то Египет будет вынужден принять новые условия игры и стать частью новой углеродной системы. А далее ситуация может развиваться так, что Египет будет вынужден закупать зерно у той же Европы в обмен на углеродные квоты при экспорте своих товаров в страны ЕС. И вот уже появляется новый рычаг экономического давления в мировой торговле — «карбоновый бартер». 

Как уже говорилось выше, сельское хозяйство является одним из тех видов деятельности, которая в наибольшей степени загрязняет атмосферу и окружающую среду. Поэтому продолжать работать на наших полях старыми методами и при этом претендовать на секвестрацию углеродов не представляется возможным. Сегодня требуется, как изменение подходов к ведению сельского хозяйства, так и изменение мышления самих фермеров. Россия обладает огромным макроэкономическим потенциалом в виде лесов и пашни. Кроме того, от 40 до 80 млн. гектар земель сельскохозяйственного назначения вообще заброшены. При условии грамотного перехода от простого к регенеративному земледелию мы могли бы добиться хороших результатов, как на мировом углеродном рынке, так и в битве за климат, в целом. Хотелось бы напомнить, что регенеративное или сберегающее сельское хозяйство направлено, в первую очередь, на восстановление верхних слоев почв, что позволяет замкнуть углеродный цикл, сократить выброс парниковых газов в атмосферу, повысить урожайность и устойчивость к изменению климата.

Поэтому я считаю важным и необходимым переходить от дискуссий к разработке и внедрению реальных механизмов по ведению карбонового земледелия. Если раньше сельское хозяйство воспринималось, как одна из причин негативного изменения климата, то сегодня речь идет о том, что сельское хозяйство может стать источником технологий, обеспечивающих секвестрацию парниковых газов из атмосферы. И от нас самих зависит, будем ли мы активными участниками или даже трендсеттерами нового углеродного порядка, или же Россия будет пассивно принимать новые правила игры.

Однако для успешного решения поставленных карбоновых задач, в первую очередь, требуется создание эффективных рыночных механизмов внутри нашей страны, а это предполагает сотрудничество и сплоченную работа всех причастных государственных и научных ведомств. Это многоплановая работа по созданию комплекса мер по образовательной, законодательной и финансовой поддержке участников карбонового рынка.

Презентация доклада «Битва за климат: карбоновое земледелие как ставка России» прошла 26 мая с.г. в пресс-центре ТАСС.

С текстом доклада можно ознакомиться на официальном сайте Института права и развития ВШЭ — Сколково.